Спецпроекты

Директор по цифровой трансформации Счетной палаты — в интервью CNews: 44-ФЗ убивает прогресс на ИТ-рынке и приводит к его монополизации

9285
ИТ в госсекторе Российское ПО

О том, из-за чего может не получиться проект единой ИТ-архитектуры госорганизаций, как госорганы фактически лишили шанса на качественное ПО при закупке ИТ и почему 44-ФЗ приводит к монополизации рынка, в интервью CNews рассказал директор департамента цифровой трансформации Счетной палаты России Михаил Петров.

«А потом приходят люди, которые внедряют новые решения, и разрушают стабильность…»

CNews: Как проходит цифровизация Счетной палаты?

Михаил Петров: В 2018 году была принята новая стратегия Счетной палаты. В ней очень много посвящено цифровизации и связанным с ней новым процедурам работы, повышению доли стратегического аудита и так далее. Задача нашего департамента сводится как раз к поддержке реализации этой стратегии по двум основным направлениям.

Первое — это снижение объема рутинных операций по работе с данными, которую выполняют наши инспекторы. При этом подразумевается увеличение объема различных проверок, которые мы можем выполнять, сокращение затрат времени на поиск и обработку необходимой информации, повышение качества итоговых материалов. Второе направление — обеспечение инструментария, который позволяет Счетной палате развивать стратегический аудит. Речь идет о необходимости не просто вскрывать какие-то нарушения или недостатки, а еще и делать системные выводы о проблемах, которые существуют у объектов проверок или в системе государственного управления. Здесь имеется в виду достаточно широкий спектр применяемых инструментов — от средств визуализации, с помощью которых инспекторы могут создавать красивую и понятную инфографику, позволяющую делать какие-то выводы, до внедрения мощных математических пакетов, в которых можно проводить моделирование тех или иных показателей, выявлять корреляции, прогнозировать показатели, а может быть и поведение систем в целом с использованием, в том числе, методов предиктивной аналитики, включая машинное обучение.

petrov450.jpg

Михаил Петров: Мы намерены начать работу над созданием промышленной версии нашего облака для работы с данными

При этом, конечно, у нас в подразделении есть и классическая часть, которая занимается проводами, серверами и прочими компьютерными системами, поддерживающими бизнес. А вторая часть как раз нацелена на новые проекты, на поиск нового инструментария, его внедрение в практику работы.

CNews: Как в Счетной палате сосуществуют функции информатизации и цифрового развития? В коммерческих организациях функции CIO и CDO часто разделены, а топ-менеджеры на этих позициях нередко конфликтуют. Как обстоят дела в Счетной палате?

Михаил Петров: Вопрос совершенно правильный, потому что мы ту же самую дилемму решали для себя полтора года назад, и многие ее решают как в госструктурах, так и в бизнесе. Встала задача создать цифровое подразделение. Тут два варианта — либо создать его совершенно отдельно, либо совместить с уже существующим ИТ-подразделением. Эта проблематика присуща всем (и коммерческим, и государственным) организациям, потому что она заключается в диалектике противостояния операционной работы и развития. Они всегда друг другу противоречат. «Классическое» ИТ заинтересовано, в первую очередь, в стабильной работе всех существующих сервисов, а потом приходят люди, которые занимается внедрением новых решений, и разрушают всю эту стабильность. Что, естественно, органически приводит к конфликту между ними.

И здесь вопрос о том, на каком уровне такие конфликты разрешать, зависит исключительно от конкретной ситуации в конкретной компании и конкретных людей. Крупные компании могут себе позволить иметь двух менеджеров. Один будет отвечать за развитие новых инструментов, другой — за эксплуатацию, а возникающие проблемы могут «разруливаться» на уровне топ-менеджера, который будет периодически их мирить, и в целом балансировать интересы двух направлений. В организациях, которые не обладают такого рода ресурсом, наверное, нужно искать человека, который может в себе это балансировать. И мы пошли как раз этим путем, потому что с исторической и ресурсной точек зрения мы не могли противопоставлять традиционное ИТ новым «цифровым» решениям.

CNews: Как организовано управление цифровизацией Счетной палаты? Сколько человек и в каких департаментах работает над ней?

Михаил Петров: Мы исповедуем нелинейный подход. Всего у нас в департаменте работают около 40 человек. 14 из них — сотрудники новых подразделений внутри старого департамента, они занимаются совершенно новыми решениями. Еще 6 человек работают напрямую на цели цифровизации в подведомственном учреждении (кроме этого, там есть еще и часть поддержки «традиционного» ИТ). Зачем оно нужно? На уровне Счетной палаты мы больше держим бизнес-аналитиков и менеджеров проектов, а в подвед помещаем технологических специалистов — дата-сайентистов, программистов, дата-инженеров и так далее, которые, понятно, занимаются более техническими вопросами — это создание облака, налаживание потоков данных, развертывание аналитического инструментария.

Все остальные сотрудники — это традиционное ИТ: развитие и сопровождение информационных систем, системное администрирование, инфобезопасность и прочие.

CNews: Каков ИТ-бюджет ведомства и какова его динамика?

Михаил Петров: Традиционно Счетная палата имела не очень большой бюджет, несмотря на сложную внутреннюю инфраструктуру и приложений, и железа, необходимость работы с большим объемом и номенклатурой данных, их защиту. В прошлом году эта цифра была на уровне порядка 240 миллионов рублей. Это на все — железо, инфраструктуру, связь, развитие цифрового инструментария.

Сейчас мы получаем дополнительное финансирование в рамках программы «Цифровая экономика». На 2020 год — около 470 миллионов рублей, на следующий — порядка 600 миллионов. В этом бюджете мы предусматриваем серьезное усиление вычислительных мощностей, обеспечение инфраструктуры для удаленной работы сотрудников и развертывание целого ряда средств для аналитической работы с данными, включая создание рабочего места «цифрового инспектора».

«Переводим системы с Oracle на PostgreSQL»

CNews: Расскажите, пожалуйста, о ключевых ИТ-проектах Счетной палаты. Какие крупные проекты вы планируете запустить в скором времени?

Михаил Петров: Мы намерены начать работу над созданием промышленной версии нашего облака для работы с данными (прототип мы сделали в прошлом году), будем усиливать инфраструктуру и само железо. Мы создали несколько аналитических панелей по различным направлениям наших проверок. Кроме того, у нас в планах создание ряда инструментов, которые будут полезны нашим инспекторам. В частности, мы хотим создать платформу «Цифровой инспектор». Это рабочее место, в котором будут бесшовно состыкованы все бизнес-процессы работы инспекторов с несколькими системами. При этом сотрудники не будут замечать перехода между различными информационными системами, а вся работа будет строиться в единой пользовательской оболочке. К ней будет пристыкована вся наша емкость данных, с которой мы работаем, но не просто в виде массива, а с инструментарием, который позволяет анализировать эти данные. Получится масштабная аналитическая платформа.

CNews: Говоря о рабочем месте, вы имеете в виду не аппаратную, а программную часть?

Михаил Петров: И то, и другое. У нас разъездной характер работы, но многие сотрудники, как правило, пользовались стационарными компьютерами — ноутбуков было относительно немного. Насыщение этих «бригад» мобильными рабочими местами с беспроблемным доступом к внутренним системам станет для них праздником. Такое рабочее место будет в себя включать ноутбук, всю информационную начинку, подключение ко всем внутренним сервисам, доступом, поиском и аналитическими моделями — то есть весь функционал планируемой платформы.

CNews: Какие-то еще проекты намечаются?

Михаил Петров: Мы в прошлом году провели силами сотрудников подведомственного учреждения несколько пилотов по двум основным направлениям. Первое — это решение, которое на основании данных, получаемых напрямую от ведомств, на 50% строит отчет по проверке и готовит аналитическую записку. Это сильно помогает нам в снижении временных затрат на рутинные операции — по словам директора департамента, который использует это решение, снижение трудоемкости по работе с данными при проверках объекта достигает 70%. Второе — мы сейчас очень активно приучаем людей к работе с данными, вплоть до того, что пытаемся выращивать аналитиков внутри департаментов. И с некоторыми из департаментов удалось провести пилоты, в ходе которых, например, наиболее продвинутые инспекторы самостоятельно готовили аналитические дашборды. Они оказались очень полезными с точки зрения преподнесения результата в ходе проверок и на уровне руководства. Практику таких пилотов мы намерены продолжать и в этом году.

petrov3.jpg

Михаил Петров: Только очень крупные компании могут бороться за большие проекты

CNews: Как движется импортозамещение в ИТ в Счетной палате?

Михаил Петров: Великолепно. У нас было несколько критических для нас баз на Oracle, которые мы плавно сносим и полностью переводим на PostgreSQL.

CNews: Открытый или проприетарный?

Михаил Петров: Где как. Где-то мы это получаем в составе сертифицированной ОС Astra Linux, где-то используем открытую («ванильную») версию. А, например, для озера, которое мы строим рядышком с унаследованными системами, мы работаем с Arenadata, которая делает свои клоны PostgreSQL и некоторых аналитических решений и заодно предоставляет нам определенные консалтинговые услуги.

CNews: Каковы масштабы этого перехода?

Михаил Петров: У нас было три критических системы на Oracle. Одну мы перенесли в прошлом году — это ГИС ЕСГФК (Единая система государственного финансового контроля), которая полностью переведена на открытый PostgreSQL. От другой системы мы откажемся в этом году, она отвечает за работу с секретной документацией, была построена на какой-то очень старой версии Oracle с надстроенным поверх нее блоком BI. И третью систему мы переведем в следующем году — это сбор, обработка и анализ несекретных данных от объектов проверок. В части офисных и прочих приложений мы как жили на Microsoft, так и будем жить.

CNews: А на рабочих местах не будет использоваться Linux?

Михаил Петров: В нашем конкретном случае вижу в этом никакого экономического или какого-то другого смысла, потому что у нас уже приобретены все необходимые проприетарные лицензии на операционную систему и офисные приложения с бесплатными обновлениями, ими более-менее привыкли пользоваться, налажена поддержка. Если я сейчас начну всех аудиторов и инспекторов пересаживать с Windows на непонятный и непривычный им Linux и (условно) «Мой офис», это будет настолько мучительный процесс что, боюсь, меня «застрелят где-нибудь в темном углу».

«Живем в парадигме «что конкурс нам принесет, то мы и купим»

CNews: А в аппаратной части планируются какие-то эксперименты?

Михаил Петров: Здесь у нас «зоопарк», к сожалению, это связано с 44-ФЗ. Купили, что дешевле.

CNews: В процессе деятельности по линии ИТ у многих госорганов формируются пулы поставщиков. У вас не такая ситуация?

Михаил Петров: Как можно сформировать какой-то «пул» в рамках текущего законодательства? Что торгуется, то и торгуется. Мы рады, когда уже поработавший с нами и хорошо зарекомендовавший себя подрядчик выигрывает следующий конкурс, потому что смена подрядчика, например, по услугам развития поддержки информационных систем — это всегда определенная деградация сервисов, может быть — на несколько месяцев. В то же время, из-за 44-ФЗ возникают разного рода неожиданности, когда к нам приходят совершенно непрофессиональные люди, не имеющие опыта работы с серьезными заказчиками на серьезных проектах — но формально подходящие под критерии (разработка которых — особая боль). У нас была такая история — подрядчик полгода писал один из наших порталов, не уложился в срок, потом полгода пытался судорожно доделать работу и разговаривал с нами о каких-то послаблениях, приходили люди, размахивали визитками, портили нервы, в итоге мы пошли в суд. Или интернет-магазин выиграл конкурс на поставку и монтаж сложного оборудования — и не справился с этим, и снова расторжение контракта. Мы бы рады были работать с профессиональными, надежными и вменяемыми по цене поставщиками на постоянной основе. Но это нереально.

CNews: Политика из серии «что предложат»?

Михаил Петров: Да — живем в парадигме «что конкурс нам принесет, то мы и купим». Невозможно прописать требования под конкретного поставщика, поскольку у ФАС (да и не только) будут вполне обоснованные вопросы. Наши юристы подмечают малейшие моменты в нашей закупочной документации, где могут быть «подозрения» в коррупции или ограничении конкуренции, и устраняют их.

Поэтому у нас «зоопарк» в пользовательской технике, серверном оборудовании, меняются подрядчики на поддержке одних и тех же систем. Это требует лишних ресурсов на поддержку. И не факт, что «экономия» на закупках оправдывает это увеличение.

CNews: Сейчас в моде тема про процессоры. У вас есть «Эльбрусы» или «Байкалы»?

Михаил Петров: Нет.

CNews: На Восточном экономическом форуме во Владивостоке из уст вице-премьера звучала критика существующей системы госзакупок ИТ. Считаете ли вы необходимым изменить ее с учетом современных цифровых реалий?

Михаил Петров: Как «потребитель» законодательства, могу сказать, что, на мой взгляд, 44-ФЗ совершенно убивает весь прогресс на ИТ-рынке.

Во-первых, потому что законодательство приводит к монополизации рынка. Только очень крупные компании, которые могут обеспечить банковские гарантии, покрыть «кассовые разрывы» между оплатой работ своего персонала или субподрядчиков и получением денег от заказчиков (выплаты авансов по госконтрактам как-то «не приняты»), могут бороться за большие проекты. А когда есть только несколько крупнейших игроков, возникает дележка между ними со всеми вытекающими последствиями: с завышением цен, сговорами и прочим.

Далее: на таком рынке у подрядчиков нет никаких стимулов (как минимум из-за боязни неудачи) двигать инновационные решения, конкурировать качеством. Большие «неповоротливые» компании стараются обеспечить стабильность. В ситуации, когда на рынке есть пара решений в своей области, нет стимула бороться за качество. Например, у нас есть ГОСТированное отечественное решение для VPN, которое «падает» каждый раз, когда обновляется Windows, и его приходится переустанавливать. И что? Не первый год воз и ныне там. Зачем производителю стараться что-то улучшать, если и так купят?

petrov2.jpg

Михаил Петров: Невозможно прописать требования под конкретного поставщика, поскольку у ФАС (да и не только) будут вполне обоснованные вопросы

Методы закупки и выбора поставщика приводят к таким ненормальным ситуациям, когда мы выбираем подрядчиков, которые потом не дают нам работать. Выбор идет по формальным признакам — как правило, цене и количеству работающих в компании-подрядчике сотрудников. И приходят люди за еду, рушат конкурс.

Следующий момент — мы лишены возможности экспериментировать с освоением новых технологий, потому что должны выходить на закупку с четким ТЗ. От нас требуют такой уровень подробности, который мы самостоятельно никогда не выдержим. Приходится привлекать потенциальных поставщиков к экспертизе, а кто рискнет потратить на это ресурс? И те, кто рискнул, потом закладывают это в цены на тендер. С другой стороны, невозможно, когда внедряешь новую технологию, четко обещать результат. Ты его можешь вообще не получить. И вот мы сейчас, например, до конца марта начнем закупочные процедуры, до конца мая (оптимистично) закончим их, и к концу года должны показать результат. А если до июня никто не придет в этот проект, не подпишется под требуемым результатом? Что с этим делать? Все, до свидания. Цифровая трансформация страны в таких условиях не делается. Это невозможно.

«Государству не хватает единой инфраструктуры работы с данными»

CNews: В прошлом году началось обсуждение перехода госорганизаций на единую ИТ-архитектуру. Вы приветствуете такой подход? Он ведь тоже должен облегчить доступ к данным, необходимым для аудита?

Михаил Петров: Это палка о двух концах — задумка прекрасная, исполнение пока — вот лучше бы не делали. Теоретически единая архитектура — это очень правильно. Особенно, если мы говорим о доступе к данным, «дата-центричном» построении приложений, едином формате обмена данными, онтологии и т.п., а не о привычной так называемой «централизации» систем, когда всех просто загоняют в один ЦОД, а на деле информационный обмен каким был, таким и остался, без переделки архитектуры приложений. Государству сейчас не хватает именно единой инфраструктуры (не в смысле «железной» — ЦОДов и каналов вполне достаточно, но в первую очередь методической, инструментальной, управленческой) работы с данными и основанных на ее базе тех самых сквозных сервисов, о которых в прошлом году так активно говорили, но построенных на других принципах. Когда между ведомствами не «рушат стены», а просто «сверлят в них дырки», то получается не сквозной процесс, а просто линия связанных дырок. А «разрушать стены» можно только тогда, когда есть современная архитектура работы с данными, истинная дата-центричность. И есть единая политическая воля «снести» эти стены и выстроить безбарьерные потоки данных. Как раз отсутствие готовности рискнуть, «сыграть в долгую» и выстроить правильную дата-центрическую архитектуру управления станет главным риском на пути реализации этой в целом прогрессивной задумки. Ну и если это все будет воплощаться, как обычно, с монопольным поставщиком в монолитных системах без всякого выбора, то все будет плачевно.

CNews: До сих пор не существует прозрачной системы учета расходов органов госвласти на ИКТ. Нет понимания, как можно оценить долю затрат на развитие цифровой экономики в ВВП России. А этот показатель является одним из ключевых в оценке программы «Цифровая экономика». Какие меры, на ваш взгляд, могли бы установить четкие правила учета таких затрат?

Михаил Петров: Тут тоже вопрос — насколько такой показатель может быть «ключевым» или «целевым». Индикатором — да. Но идеология «потратить деньги во что бы то ни стало» как минимум устарела. Кроме того, правила учета по какой-либо методике устанавливаются нормативными актами. Но тут вопрос в другом. Даже если методика учета и есть — никто не мешает, условно говоря, когда строят ЦОД, часть ИТ-компонент запросто записать в статьи строительства зданий и сооружений. Что такое модернизация информационных систем, мы тоже прекрасно понимаем: система стоит 100 рублей, а модернизируют ее на миллион. А можно не считать это модернизацией, отнести к текущему развитию. На самом деле это происходит не от хорошей жизни. Необходимо убрать излишние ограничения, которые заставляют людей просто выкручиваться, чтобы им соответствовать. И необходимо определиться с целеполаганием. В коммерческом секторе, например, перевод ИТ-расходов из капитальных в операционные в большой степени определяется финансовой политикой компании — нужно ли ей показывать активы и их последующую амортизацию, либо, наоборот, лучше показать больше себестоимость. А в госсекторе как? Есть тенденция на капитализацию — значит, надо вырабатывать подходы, как создавать интеллектуальный продукт и ставить его на учет, придавать необходимый ресурс для этого. И капитализация должна быть «для чего-то», а не ради себя самой.

CNews: Сейчас отдельные направления ИТ-обеспечения федеральных госорганов, входящих в контур управления Правительства, начали централизовываться (закупки Минкомсвязи офисного и бухгалтерского ПО, ИБ-решений, создание типовой СЭД, разработка концепции типового автоматизированного рабочего места). Как вы к этому относитесь?

Михаил Петров: На нашу работу это практически никак не влияет. Если говорить в целом, то это абсолютно правильная мера с точки зрения закупки каких-то относительно простых вещей. Стандартный софт (лицензии) и железо действительно надо закупать централизованно, это позволяет сэкономить на объемах, например. Или встроить в нормальное защищенное облако по модели SaaS все типовые решения для совершенно одинаковых процессов — например, файлообменник или совершенно типовые решения по обработке кадров (и уйти, наконец, от вручную заполняемых простыней кадровых анкет?). Здесь, что самое главное, необходимо проработать процедуры снабжения так, чтобы не затягивать процесс поставки «лишними звеньями» и не уменьшать и так невеликую гибкость в удовлетворении незапланированных потребностей. А каталог железа должен включать в себя все необходимое с учетом специфики конкретных ведомств (например, где-то есть люди, которые работают с проектировочными решениями удаленно — поэтому там нужны очень мощные ноутбуки, которые не нужны в 90% остальных случаев) и не требовать огромного времени на включение в него новых позиций при необходимости.

Но в том, что касается специализированных решений для ведомств, Минкомсвязи не сможет стать поставщиком. Даже уже СЭД, помимо обработки достаточно стандартных вещей, вроде входящих-исходящих писем, имеет ряд своих особенностей в каждой организации. А специфические решения для автоматизации уникальных процессов деятельности вообще уникальны.


Технология месяца

Почему российские компании переходят на новую Exadata X8M

Алексей Курочка

директор Oracle Systems в России и СНГ