Профили

Замглавы ПФР Николай Елистратов о создании новой АИС Пенсионного фонда

Интеграция ИТ в госсекторе
мобильная версия

Заместитель председателя правления Пенсионного фонда России Николай Елистратов рассказал в интервью CNews о целях создания новой информационной системы ПФР, о сложностях, которые возникли перед ИТ-командой фонда в связи с кризисом, а также о подходах к импортозамещению и использованию свободного ПО.

Из них порядка 65% – централизованные закупки всех видов оборудования, разработки программных комплексов, развитие СМЭВ, лицензии и т. п., около 20% – это расходы территориальных органов, включая ИЦПУ, 20 % – это комплексная услуга по связи. На сегодняшний день это двухлетние контракты на две наши корпоративные сетевые нити – основную и резервную. Основную ведет по контракту Ростелеком, резервную – Мегафон. Еще три года назад было совсем не так. Мы проделали большую работу, чтобы централизовать услуги связи. До этого под каждый регион заключался отдельный контракт. С точки зрения управления качеством было очень тяжело. В конечном счете, в том числе с помощью Минкомсвязи, мы сделали две основные нитки, на которые тратим 1,9 млрд руб. в год, и эта цифра практически не меняется.

ИТ-бюджет Пенсионного фонда на 2015 год в соответствии с законом о бюджете Пенсионного фонда РФ составил 11,7млрд руб. Но эта цифра уже претерпела сокращение на 10% и практически вышла на уровень 2014 года. С учетом колебаний инфляционных и курсовых составляющих, фактически бюджет упал еще ниже, и заставляет нас очень серьезно думать о том, что делать.

CNews: Что в себя включают централизованные закупки, о которых вы сказали?

Николай Елистратов: Эта сумма включает в себя: закупки серверного и компьютерного оборудования, лицензии, развитие СКМВ (серверного концентратора межведомственного взаимодействия), обеспечивающего работу внешнего контура системы, системы информационной безопасности, разработку прикладных подсистем АИС ПФР. Эти закупки производятся в интересах всех территориальных органов ПФР, что дает экономию.

CNews: В связи сокращением бюджета 2015 года, на чем планируете сэкономить?

Николай Елистратов: Сокращать придется все, и экономить придется на всем. Совсем недавно было проведено несколько совещаний внутри нашего блока, по результатам которых мы выстроили шкалу приоритетов, чтобы выдержать сроки и параметры концепции, планы, согласованные с Минкомсвязью. В основном экономия будет достигаться за счет более тщательного отношения внутри к каждому из проектов. В первую очередь, когда идет сокращение или, как мы говорим, оптимизация бюджетных показателей, мы оцениваем это с точки зрения возможности реализации нашей концепции. Мы оптимизируем не расходы «оптом», а пытаемся оптимизировать саму структуру проектов. Пока более-менее выходим из ситуации – параметры, закрепленные концепцией, выполняем.

CNews: Если говорить про закупки «железа», закупки софта, лицензий на американские и европейские продукты, они значительно подорожали. Соответственно, помимо того, что вы сокращаете бюджет, еще и растет цена на эти продукты. Получается, такая накладка вдвойне…

Николай Елистратов: Пока не по всему спектру приобретаемых продуктов, конечно. У нас кроме американского «железа» и софта используются азиатские и, конечно, отечественные продукты. Например, значительная часть продуктов, которыми обеспечивается информационная безопасность, отечественного производства.

Николай Елистратов: Мы хорошо теперь понимаем, что любое иностранное сейчас – большой риск. Но мы на него вынуждены идти осознанно, так как понимаем, что риск потерять работоспособность системы на непроверенных продуктах еще выше. Для нас неоспоримым приоритетом является поддержание динамичной работоспособности пенсионной системы

В аппаратном обеспечении мы также стараемся переходить на неамериканское. Но сделать это не всегда просто. Действительно, проекты, связанные с «железом», самые тяжелые. Здесь приходится очень сильно думать, что делать. Те ведомства, которые работают с большими массивами данных, знают, что, к сожалению, так на рынке сложилось, что самые мощные и работоспособные машины, которые перемалывают эти большие массивы данных – американского производства. Их используют все в России и все в мире. Они работают как мясорубки, очень надежные. Поэтому будем дальше думать, анализировать, принимать решения. Абсолютный приоритет здесь – безопасность и надежность автоматизированной системы, которая обеспечивает устойчивость работы всей пенсионной системы и части социальной.

Если перейти плавно к вопросу импортозамещения, то здесь, как я уже сказал, по части направлений у нас давно используются отечественные продукты. Плюс мы достаточно плотно работаем с Минкомсвязью. Минкомсвязи очень активно погружено в проект, который связан с анализом возможностей быстрого перехода на импортозамещение всей линейки ИТ-продуктов. Кстати, нас тоже приглашают присоединиться к этому пилотному проекту.

Наша политика в вопросе импортозамещения состоит в том, чтобы очень хорошо просчитать этот процесс. Стремление сделать так, чтобы как можно быстрее российская промышленность могла обеспечить ИТ-сферу своими продуктами, как это давно происходит, скажем, в сфере информационной безопасности, это очень позитивно. Это было бы очень здорово. Но есть, к сожалению, практически монопольные ниши, ситуацию в которых мы анализируем.

Естественно, там, где есть возможности, мы будем переходить на азиатские аналоги в качестве переходной меры. Но все шаги должны быть просчитаны четко, потому что деятельность Пенсионного фонда во многом завязана на социальную безопасность нашей страны. У нас нет права на ошибочные решения.

CNews: Вы упомянули о «пилотах». Расскажите, пожалуйста, о них подробнее.

Николай Елистратов: Если вы говорите о пилотном проекте Минкомсвязи по импортозамещению, то это один из многих, в который министерство привлекает ведущие федеральные органы и внебюджетные фонды, чтобы провести глубокую аналитическую работу. Сейчас необходимо понять, что используется нашими федеральными органами из тяжелых машин, серверного и компьютерного оборудования, и определить, что можно безболезненно заместить сразу, и какую дорожную карту можно быстро выстроить, чтобы итерационно заменить серверное, самое тяжелое и дорогое оборудование.

CNews: Если говорить об инициативе Минсвязи по созданию единой вычислительной инфраструктуры, единой телеком-инфраструктуры, как вы смотрите на них? Участвуете ли в пилотах? Планируете?

Николай Елистратов: Изучаем возможности участия в пилотах и в телекоме, и в централизованных информационных ресурсах. Давайте их разобьем. Что касается телекома, мы с ними практически договорились. Они знают, что за последние три года мы перешли на два централизованных контракта. С управленческой точки зрения так работать легче. Теперь основную жилу мы готовы реализовать на базе единой инфраструктуры, это экономия средств для государства, это очень позитивно. Но резерв мы обязательно оставим за собой для собственной безопасности работы нашей системы.

Что касается информационных ресурсов, здесь вопрос стоит немного по-другому. Мы не против крупных проектов, опять же. Нужно посмотреть, как они будут реализовываться с той стороны, потому что по-разному можно подходить к этому вопросу. Я знаю, что федеральные органы, каждый индивидуально, относятся к вопросу работы с централизованными информационными ресурсами. И мы в целом настроены позитивно, будем участвовать в разного рода проектах, но нам нужно точно знать, что мы будем иметь все возможности управлять своей системой, за которую именно мы несем ответственность. Почему мы так трепетно к нашей системе относимся? Потому что, во-первых, она наиболее социально нацеленная и реально огромная, непрерывно работающая, а, во-вторых, сейчас она хорошо закрыта информационной безопасностью, ведь в ней лежат персональные данные.

Подходы к нашим базам данных надежно прикрыты, и для того, чтобы работать с ними, нужны определенные условия, прежде всего, законодательные.

CNews: То есть пока еще не участвуете практически?

Николай Елистратов: Мы выстраиваем свою систему и одновременно прорабатываем возможности интеграции, мы участвуем в СМЭВ.

CNews: Как вы относитесь к практике выбора единственных исполнителей для крупных проектов?

Николай Елистратов: Мы стараемся уходить от монополизма. И если вы посмотрите на списки тех, кто давно работает с Пенсионным фондом, то увидите, что таких компаний очень много. Единый подрядчик может поломать всю управленческую схему работы, когда входит в большой проект. И этому есть примеры. У нас система очень «разноцветная», многогранная, поэтому все вопросы единый подрядчик охватить не сможет. Поэтому мы сейчас нормально работаем по различным направлениям с десятками компаний. И зачастую они являются позитивными конкурентами.

CNews: Вообще, конкуренция высокая на ваших тендерах?

Николай Елистратов: Всегда была высокая. Сейчас стала несколько меньше, особенно в части, касающейся «железа» и сложных продуктов. Сейчас задачи стали сложнее, требования повысились. Но все равно каждый год есть факты недобросовестной конкуренции. А это рассмотрение в ФАС, суды, расторжение контрактов, потерянное время. Такая вот обычная жизнь госзаказчика…

CNews: То есть, выходят, выигрывают с низкой ценой, но не могут обеспечить поставку?

Николай Елистратов: Да. Я бы сказал – не могут обеспечить заявленное качество поставки или продукта. Либо чаще бывает так, что мы стремимся заложить четкие и, на взгляд некоторых участников рынка, жесткие требования в документацию, а нам говорят – ограничиваем конкуренцию. А как иначе? Нам поставляют компьютеры, нам они нужны, например, для работы в системе персонифицированного учета с определенным быстродействием и иными, весьма сложными, параметрами. Самые тяжелые конкурсы, как ни странно, – это конкурсы, которые завязаны на массовые продукты, которые, казалось бы, ничего не решают, а потом поставляются принтеры с картриджами на треть пустыми или на треть полными. А у нас, как я уже говорил раньше, непрерывное производство, люди в клиентских службах ждут ответов на срочные вопросы, мы должны назначать и выплачивать пенсии и соцпособия. Все машины и программы должны работать без осечек. Мы стремимся к этому.

Николай Елистратов: У нас кроме американского «железа» и софта используются азиатские и, конечно, отечественные продукты. Например, значительная часть продуктов, которыми обеспечивается информационная безопасность, отечественного производства. В аппаратном обеспечении мы также стараемся переходить на неамериканское. Но сделать это не всегда просто

У еще бывает так, что выходят на конкурс «монстры» ИТ-рынка и за рубль выигрывают его, будучи убежденными в своей профессиональной мощи. А в результате оказываются «неспособными», так сказать, потому, что не представляют всей функциональной сложности системы, срывают сроки или не могут сделать продукт.

CNews: Недавно у вас прошел большой трехлетний тендер на развертывание АИС ПФР-2, на который не было подано ни одной заявки. С чем это связано, на Ваш взгляд? И что делать будете?

Николай Елистратов: Уже думаем, что делать, будем принимать решение. Понимаете, подобные долгосрочные контракты – они для крупной структуры, такой как ПФР, удобны, прогнозируемы. Они управляемы. Пример – тот же Ростелеком и Мегафон. Когда мы перешли на двухлетний контракт, нам стало легче с ними работать, легче управлять. Здесь получается ситуация очень похожая. Мы захотели выйти на долгосрочный, основополагающий для АИС ПФР – 2 контракт, но все параллельно начало «схлопываться». Рынок очень изменился в прошлом году, значительная часть отечественных компаний испытывает большие финансовые проблемы. На подобные большие конкурсы требуется высокое финансовое обеспечение. Видимо, все просчитали риски и предпочли отойти в сторону. Сохранить бизнес – сейчас для них задача № 1. И ситуация экономическая скорректировалась, и бюджет мы уменьшили, и теперь мы вынуждены принимать быстрое управленческое решение.

Но мы понимаем, что будут еще бюджетные сокращения, и опять думаешь, может не стоит закладываться сразу на три года. Но это неправильно, обязательно нужно заниматься стратегией.

CNews: Если возвращаться к этому конкурсу, будете новый объявлять?

Николай Елистратов: Будем объявлять новый. В каком формате, я пока не знаю, но нам нужно двигаться дальше. Самое плохое в этом всем даже не то, что мы можем выпасть из графика, а то, что мы вынуждены опять корректировать наши планы, ведь это новый конкурс, это длинный цикл, опять время, опять сроки.

CNews: Чем будете привлекать подрядчиков? Увеличите сумму?

Николай Елистратов: Нет, сумму увеличивать не будем. Скорее всего, самый логичный вариант – это разделить этот трехлетний конкурс на этапы.

CNews: Некоторое время назад Минкомсвязь договаривалась с китайской компанией «Инспур» о том, что они будут поставлять в Россию тяжелые серверы, которые используются, в частности, китайской армией, в качестве замены IBM. Некоторые российские госорганы, в частности, власти Подмосковья, уже тестируют их решения. Вы изучали это оборудование?

Николай Елистратов: Начали анализировать. Ждем результатов. Мы действительно не хотим и не можем зависеть от неких «внешних» составляющих. И стремимся к тому, чтобы во всем иметь качественную альтернативу. В Пенсионном фонде уже сталкивались проблемой безальтернативности.

Я могу привести пример. Одна из наших крупных подсистем достаточно долгое время, с 2010 года, работала на системе управления базами данных Cache. Получилось это совершенно случайно в условиях цейтнота, когда нам передали администрирование страховых взносов, и мы вынуждены были начать работать с этим американским продуктом. Причем, с продуктом, которым владеет небольшая непубличная американская компания InterSystems. Если проанализировать, то существовал реальный риск того, что она в какой-то момент могла бы вместо СУБД начать заниматься, например, торговлей апельсинами. Это неправильные были условия для существования одной из наших ведущих подсистем. Теперь мы это меняем, исключаем такие риски.

CNews: Но ведь вы до сих пор используете Cache…

Николай Елистратов: Все, эта история заканчивается.

CNews: Я недавно видел ваш тендер на 100 млн руб. на лицензии Cache в этом году.

Николай Елистратов: К сожалению, у нас многое выстроено на Cache в части этой подсистемы администрирования страховых взносов, и мы не могли быстро отказаться от этого программного обеспечения. Процесс миграции данных из старой системы в новую у нас уже заканчивается. Этот год использования этой СУБД последний.

CNews: Это у вас продление лицензии? И вы примерно по 100 миллионов в год им платите?

Николай Елистратов: Да, у них ежегодная лицензия. Если раньше это было по 100 миллионов в год, то последний раз они, наверное, почувствовав, что система модернизируется, дали цену в 200 миллионов. А конкурентов нет…

CNews: Но, тем не менее, купили по старой цене?

Да, потому что мы не согласились на их условия.

CNews: А на какую СУБД мигрируете?

Николай Елистратов: На DB2, мы с ней тоже работаем давно. Она у нас широко используется, все ее знают, много достаточно профессиональных специалистов.

CNews: DB2 это ведь тоже лицензия?

Николай Елистратов: Да, но, во-первых, она очень распространенная и в мире, и в России, и среди органов власти. Во-вторых, по ней проводится хорошее обучение, поэтому специалистов в сотни раз, в тысячи раз больше.

CNews: И все же DB2 – иностранная система, т.е. существуют риски ее использования.

Николай Елистратов: Мы хорошо теперь понимаем, что любое иностранное сейчас – большой риск. Но мы на него вынуждены идти осознанно, так как понимаем, что риск потерять работоспособность системы на непроверенных продуктах еще выше. Для нас неоспоримым приоритетом является поддержание динамичной работоспособности пенсионной системы.

К тому же у нас не только DB2. Мы с очень многими продуктами работаем. С 2000 года – на Linux, на офисных пакетах OpenOffice. У нас используется сейчас свыше 14 тыс. экземпляров офисных пакетов OpenOffice, более 1000 экземпляров серверной операционной системы Linux и прочие вещи. Мы смотрим, что у кого есть, потому что, вы абсолютно правы, есть потребность в импортозамещении, снижении затрат и рисков. Конечно, по каждой позиции ищем возможные замены. Внимательно смотрим на российские разработки.

CNews: Вы оценивали, например, систему PostgreSQL с точки зрения перехода на нее? Вот Минкомсвязь ее сейчас пытается продвигать и пропагандировать…

Николай Елистратов: Да, очень внимательно смотрим на PostgreSQL и другие СУБД с открытым кодом, такая задача стоит. И мы рассматриваем уже в ближайшее время возможности перехода на нее одной из наших обеспечивающих подсистем. Но опять же, любой возможный переход будем изучать и мониторить под микроскопом. Везде есть свои неожиданности.

CNews: У вас есть какие-то «пилотные» зоны, где вы будете ее тестировать?

Николай Елистратов: У нас обычно тестировочными площадками являются региональные отделения.

CNews: Назовите, пожалуйста, два-три региона, в которых точно планируете тестировать свободное ПО?

Николай Елистратов: У нас есть с десяток наших региональных отделений, которые мы постоянно используем в пилотных проектов и тестирования. Если исключить самые крупные, как Москву и Санкт-Петербург, то это традиционно Татарстан, Башкортостан, Белгород, Иркутск, Удмуртия, Бурятия, Тверь, Нижний Новгород и другие. Фактически ПФР является огромной тестовой площадкой с непрерывным циклом производства, на которой обкатываются ежегодно десятки новых продуктов.

Александр Левашов